Новости, интересные статьи

Назад

Танцы по-царски Какими были придворные балы Российской империи

"22 Января 1903 г. "весь" Петербург танцевал в Зимнем дворце. Я точно помню эту дату, так как это был последний большой придворный бал в истории империи", — писал внук государя Николая I, Великий князь Александр Михайлович, в "Книге воспоминаний", изданной в Париже в 1933 году.

Событие, о котором вспоминал Александр Михайлович, и дату выхода мемуаров во Франции разделили тридцать лет. Немудрено, что разменявшего седьмой десяток лет великого князя память могла подвести. И подвела, кстати. Речь, очевидно, шла о Большом Императорском костюмированном бале, который состоялся в Санкт-Петербурге, в Зимнем дворце, в два приема — 24 и 26 февраля 1903 года. Как и подавляющее большинство представителей русской эмиграции первой волны, дядя Сандро (прозвище великого князя в семье Романовых. — Прим. авт.), говоря об императорской России, пользовался юлианским календарем, то бишь старым стилем. Но как ни плюсуй к числу 22 число 13, в сумме не получится ни 24, ни 26.

Аберрация памяти случилась с великим князем еще раз. Дело уже не в конкретных датах, а в общей хронологической оценке событий в царствование Николая II. С легкой руки Александра Михайловича многие современные интернет-историки уверенно сообщают, что бал-маскарад 1903 года был последним большим придворным балом империи, после которого сами понимаете... И бал легко превращается в яркий символ грядущего крушения. Если у Пушкина — "пир во время чумы", то тут — "бал в канун безумия".

На самом деле бал 26 февраля 1903 года не был последним большим Императорским балом. К слову, это не случайный набор прилагательных, это официальное название. Обратимся к записям одного из тех, кто в больших, средних и малых Императорских балах принимал участие в обязательном порядке: к дневнику императора Николая II. Запись от 19 января 1904 года (1 февраля по новому стилю): "В 9½ начался большой бал. Народу было как никогда много. К ужину всем достало места. Обходил столы по всем залам. К счастью дорогая Аликс отлично выдержала бал. Вернувшись к себе в 1¼ и раздевшись, закусили слегка у меня по-старому". Тезис о том, что Русско-японская война 1904–1905 годов, неизлечимая болезнь августейшего наследника и прочие напасти вроде революции 1905–1907 годов уничтожили старинную традицию, также не выдерживает критики. 13 (26) февраля 1914 года вдовствующая императрица Мария Федоровна дала бал в Аничковом дворце в честь старших внучек — дочерей Николая II: великих княжон Ольги и Татьяны. Сей факт тоже подтверждается дневниковыми записями государя и его матери.

Если и выделять событие, случившееся в Зимнем дворце в феврале 1903 года, то совершенно по другой причине. Не в хронологии и не в масштабе дело, а в необычности случившихся торжеств. Но об этом несколько позже, а пока есть смысл поговорить о традиции Императорских балов.

РОДОМ ИЗ ПЕТРОВСКИХ АССАМБЛЕЙ

Найдутся люди, которые считают, что шампанское — то же вино, только с пузырьками. И, соответственно, бал — те же танцульки, только не на дощатом полу открытой всем дождям площадки в парке культуры и отдыха, а во дворцах и прочих нескромных зданиях, значительно отличающихся по квадратному и кубическому метражу от квартир в хрущевках и "панелях". Единственно верно то, что слово "бал" произошло от французского baller — танцевать. Из чего следует, что первые балы грянули во Франции. Известно, что еще в 1385 году после венчания французского короля Карла VI Безумного и герцогини Елизаветы (Изабеллы) Баварской в парижском дворце Сен-Поль был дан бал, на котором присутствовала высшая знать королевства. Правда, довольно затруднительно представить, как умудрялись танцевать дамы, одетые по моде конца XIV века в платья с огромными шлейфами, волочащимися по полу. Мужчинам в плотных колготках было куда как проще... До прихода к власти Людовика XIV балы проводились по случаю, но "король-солнце" превратил их в обязательный и постоянный элемент придворной жизни.

В России балы появились при Петре I в виде так называемых ассамблей, что в переводе с того же французского означает "собрание". Этот вид придворного мероприятия четких контуров не имел, хотя уже тогда, на заре XVIII века, просматривались характерные черты будущих Императорских балов. На ассамблеях Петр, вернее, с его подачи "царь всех балов" граф Павел Ягужинский, требовал от гостей мужеска пола курить трубку и играть в карты, пить спиртное и танцевать. В XIX и начале ХХ века распорядители балов, среди которых самым известным был Ипат Бартенев, курить, играть и пить никого не заставляли. Танцевать — тоже не всех. Следили только за специально приглашенными молодыми офицерами, которых десятками по специальной разнарядке присылали из стоявших в петербургском гарнизоне гвардейских полков. Полковые командиры напутствовали корнетов и поручиков приказами танцами не манкировать и приглашать тех дам, что "простаивают", а не тех, кого хочется. Мол, работа такая! Между прочим, на костюмированном балу 1903 года таких офицеров "работало" аж 65 человек.

За офицерами следили не только распорядители. Зорко наблюдали полковые и дивизионные начальники, а также кое-кто из великих князей, ревностно относившихся к дисциплине. Да и среди императоров таковые имелись. Принято думать, что по этой части суров был только Николай I и его папенька Павел Петрович. Но вот пример из бальной жизни в царствование улыбчивого Александра Благословенного. В 1821 году добрый знакомец Пушкина, награжденный Золотым оружием "За храбрость" герой Отечественной войны полковник Григорий Римский-Корсаков, был уволен из гвардии и со службы вообще. Дабы избежать ненужной шумихи, в представлении на увольнение было написано, что Григорий Александрович попросил об отставке по домашним обстоятельствам. В таких случаях за отставниками сохранялось право ношения мундира и знаков различия. На этот раз рукой монарха была сделана помета: "Высочайше повелено мундира Корсакову не давать, ибо замечено, что оный его беспокоит. 20 февр. 1821″. Причина столь жесткого решения в том, что за ужином на Императорском балу полковник позволил себе расстегнуть крючки на воротнике.

Во второй половине XVIII века придворные балы, в отличие от петровских ассамблей, проводились уже по выверенной и обязательной схеме: богослужение — прием — праздничный обед — бал — фейерверк. Они перестали быть просто собранием высшего света для развлечений, удовольствий и неформального общения. Пусть и строго обязательным для посещения. Императорские балы превратились в церемонию, включившую в себя и политический, и дипломатический, и кадровый, и светский аспекты. Плюс, само собой, танцы!

Начиная с царствования Александра I бальный регламент упростился. Теперь он состоял из трех компонентов. После съезда гостей — танцевали. Женатые мужчины могли удалиться в залы, где находились ломберные столы, на которых томились нераспечатанные колоды карт. Далее следовал ужин. Затем танцы возобновлялись. Временной порог ограничен не был. Случалось, все заканчивалось довольно рано — к двум часам ночи. Бывало — затягивалось до четырех утра. Так, в дневнике великого князя Сергея Александровича, младшего брата императора Александра III, за 1877 год записано: "Котильон был бешеный!.. Кружились, бесились без конца. Под конец бегали и в изнеможении падали на стулья, чтобы через несколько времени снова скакать по зале. Я раз двадцать пропотел; платки были мокрые тряпки. Кончили после 4-х часов утра..." Было тогда будущей жертве поэта-эсера Ивана Каляева 20 лет.

ОСОБОЕ ПРИГЛАШЕНИЕ

Много ли на свете вещей, в которых импровизация так востребована и так хороша, как в танце? Но — в танце, а вовсе не на Императорском балу. 20-летний великий князь "бесился без конца". Молодость, особое положение... Далеко не все из тех, кто по должности или статусу был обязан посещать большие и средние зимние балы в Зимнем дворце, а также балы малые в Эрмитаже, безмерно тому радовались. Кто-то, как, например, супруга Николая II Александра Федоровна, просто не любил танцевать. Кто-то, как император Александр III, без радости относился ко всякого рода публичным увеселениям и помимо нелюбви к танцам, что не удивительно при весе более чем 120 килограммов. Кто-то из знати и рад бы был отказаться от приглашения по причине нездоровья, материальных затруднений, семейных неурядиц, но для подобного отказа в службе обер-гофмаршала требовали предъявить убедительные основания. Великий князь Николай Александрович, любивший и умевший танцевать, не отказывал себе в бальных удовольствиях до того дня, когда взошел на трон и превратился в императора Николая II. 26 лет от роду, между прочим. В качестве государя он позволял себе только протокольный полонез на открытии балов. Затем все время отдавал гостям: здоровался, беседовал, выслушивал... Как говорил сам царь — "работал".

Разумеется, большинство приглашенных воспринимали Императорские балы как праздник и возможность блеснуть и в прямом, и в переносном смысле слова. В прямом смысле блистали прежде всего дамы. На больших балах собиралось подчас более 2 тысяч гостей. Можно только догадываться, сколько сотен тысяч карат несла на себе тысяча представительниц самых богатых и аристократических семей России. Впрочем, изрядно ослеплял и блеск эполет, аксельбантов, орденов, звезд, золоченых пуговиц, серебряного и золотого шитья на военных и статских мундирах.

Самое время — о мундирах. Если судить по кинематографу — а большинство современных людей так и делают, — то мужская половина участников бала делилась, в свою очередь, на две части: военных и гражданских. Они легко идентифицируются на экране, так как военные одеты в мундиры, а штатские — во фраки. Никакой ошибки тут нет. На балах прочих категорий — а их было в достатке: балы дворянских собраний, частные, губернские, купеческие, общественные, студенческие, училищные, детские — требования к нарядам хоть и были строгими, но дозволяли некоторые вольности. В частности, партикулярное платье для мужчин. Господа офицеры танцевали в сапогах, кавалеристы вовсю звенели шпорами, взрезая подчас пышные дамские юбки. Императорские балы — особый случай. Тут признавали только мундиры. И до поры до времени — только башмаки с чулками. Появление офицеров в сапогах, но без шпор впервые было разрешено в 1841 году на большом балу в День святого Николая — 6 (18) декабря. И то — разрешение распространялось только на офицеров не танцующих. Дискуссия по поводу сапог и башмаков продолжается до сих пор, чему отчасти виной — "энциклопедия русской жизни" под названием "Евгений Онегин". Есть в поэме такая строка: "бренчат кавалергарда шпоры". Знаменитый пушкиновед Юрий Лотман, считавший это фактической ошибкой, оправдывал Александра Сергеевича с помощью самого Александра Сергеевича, сделавшего в черновике поэмы пометку: "Неточность. На балах кавалергардские офицеры являются, так же как и прочие гости, в вицмундире и башмаках. Замечание основательное, но в шпорах есть нечто поэтическое". Оно и верно. Кто-кто, а кавалергарды "бренчать шпорами" в пушкинские времена на балах никак не могли. Потому как у них едва хватало времени на посещение всех элитных мероприятий, где правила соблюдались скрупулезно. Встретить кавалергарда на общественном балу в уездном городе N было немыслимо. Даже в том случае, если б он оказался в этом городе проездом или навещал дядю в расположенном рядом имении. Принимать участие в нестатусных развлечениях положение не дозволяло — noblesse oblige. Спрашивается, как же должны были одеваться на Императорские балы те мужчины, которые ни в военной, ни в гражданской службе не значились? Никак. Таковых попросту не могло быть среди приглашенных. Кто же мог рассчитывать на приглашение в Зимний дворец в эти короткие и взбалмошные недели, разделяющие Рождественский и Великий посты, а также на традиционный бал в День Николы Зимнего, открывавший сезон? Гофмаршальская служба следовала двум принципам. Первый — формальный, согласно которому получить приглашение на Императорские балы могли все придворные чины, как кавалеры, так и дамы, а кроме того, генералы и полковники, гражданские чины I–III класса, то есть тайные и действительные тайные советники (на военный лад — не ниже генерал-лейтенанта), находящиеся в столице кавалеры ордена Святого Георгия, губернаторы, предводители дворянства и председатели земских управ. В отдельных случаях на приглашение могли претендовать гражданские чины IV класса — действительные статские советники (аналог — генерал-майоры). Еще — супруги и дочери тех, кто имел чин IV класса и выше, супруги полковников и бывшие фрейлины (с мужьями). Надо думать, что в начале ХХ века в 1,5-миллионном Петербурге таковых привилегированных лиц насчитывалось в достатке. Счет шел на тысячи. Столь же очевидно, что не все из этого огромного списка по личным качествам соответствовали чести принять участие в Императорском бале. Таким образом, формальное право быть приглашенным ко двору вовсе не являлось правом фактическим. Для отсеивания нежелательных гостей в Гофмаршальской службе существовал второй принцип — "правила Большого света". Например, князь Феликс Юсупов — младший, в 1914 году породнившийся с Романовыми, женившись на племяннице Николая II, княжне императорской крови Ирине, нигде не служил, но находился в "белом списке". А вот начальнику 1-й гвардейской кавалерийской дивизии генерал-лейтенанту Николаю фон Эттеру в 80-е годы XIX века трижды присылали приглашение на одно лицо, забывая про генеральшу. В Гофмаршальской службе тоже люди служили, могли разок и ошибиться. Но, как говорится, первый раз — случайность, второй — совпадение, третий — закономерность... То ли сам генерал, отличившийся в последней русско-турецкой войне и имевший ордена и Золотое оружие "За храбрость", чем-то не угодил в качестве светской персоны, то ли его супруга оказалась "нон грата". В итоге Эттер был так обижен, что подал в отставку.

 

ИМЕНИ АЛЕКСЕЯ ТИШАЙШЕГО

Вернемся в 1903 год. Все разговоры о шпорах и фраках тут неуместны, так как бал от 26 февраля имел особый характер. Да, большой. Да, Императорский. Но — костюмированный. И ни в коем случае не бал-маскарад. Разница легко объяснима самими названиями. На бале-маскараде гости появляются в бальных нарядах, но с масками на лице. Такие балы были популярны в первую очередь потому, что давали возможность вести себя несколько свободнее, в частности приглашать незнакомых дам, что категорически не приветствовалось на балах обычных. На маскарадах частенько отсутствовал фейсконтроль. Стало быть, прийти на такой бал мог любой желающий, сообразно сословию, разумеется. Костюмированный бал не предполагал никакой личной тайны. Тут вместо вопроса "маска, кто ты?" уместнее звучало "костюм, чей ты?".

Костюмную тему для бала-1903 придумал император Николай II. Его отец Александр III с детства привил наследнику любовь к русской традиции, русской истории. Так что мысль о бале, на котором гостям будет предложено одеться в наряды допетровской эпохи, не была спонтанной. К ней подталкивала и дата — 290-летие царствующего дома. XVII век — начало династии. Начало большого пути, который прошла страна за три романовских века, превратившись из полуразрушенной Смутой Руси в сверхдержаву.

С другой стороны, претендовать на авторство идеи у государя оснований не было. Впервые так называемый исторический бал организовал в 1883 году великий князь Владимир Александрович, младший брат Александра III, спустя два года после убийства их отца. Бал состоялся во дворце Владимира Александровича на Дворцовой набережной. Он сохранился до наших дней, сейчас в нем — петербургский Дом ученых. Из дневника Александра Половцева, государственного секретаря в царствование Александра III: "Праздник удается в высшей степени, обилие и разнообразие ярких цветов оживляет залу в противоположность скучному фраку. На императрице верный исторический костюм, нарисованный кн. Григорием Гагариным. Богатство материи и камней чрезвычайное. Жена моя — в русском костюме XI столетия, дочь — в татарском уборе, а я в костюме, изображенном на известной гравюре, изображающий портрет стольника Потемкина, ездившего послом в Англию. Особенно выдаются костюмы Васильчикова, директора Эрмитажа и двух его дочерей...

Все великие князья разодеты в богатейшие костюмы и уборы, вообще мужчины одеты с большею, чем дамы, историческою верностью. Государь уезжает вскоре после ужина, но императрица продолжает танцы до 4 1/2 утра". Переодетой "под старину" была вся прислуга. Пожалуй, единственной видной фигурой, прибывшей на костюмированный бал "а ля рус", была могучая фигура государя, облаченная в генеральский мундир".

Согласно источникам того времени, в бале приняло участие более 250 человек, что говорит о сверхэлитарности события. В 1903 году приглашенных было тоже немного — 400 дам и кавалеров. Оно и понятно. Сомнительно, что в столице нашлись бы тысячи господ из числа "приглашенных ко двору", способных заказать и оплатить аутентичные костюмы времен царя Алексея Михайловича Тишайшего. Соответствовать возможностям романовской семьи по этой части могли весьма немногие.

О том, что придумали и создали художники, портные, музейщики вкупе с заказчиками, рассказывают фотографии из альбома, заказанного скромным тиражом для участников бала. В работе над ним приняли участие лучшие фотомастера того времени: Рафаил и Лев Левицкие, Даниил Асикритов, Вольф Ясвоин, Люциан Городецкий, Елена Мразовская, Дмитрий Здобнов, Иван Войно-Оранский, Фридрих Шрадер, Ванда Заельская, Александр Ягельский и другие. Сам альбом, согласно официальному описанию, выглядит так: "21 гелиогравюра и 174 светопечати. Album du bal costume au Palais d’hiver, Fevrier 1903. 21 photogravues et 174 phototypies. Спб., печатано в Экспедиции Заготовления Государственных Бумаг, 1904. Титул на русском и французском языках. В п/к переплете эпохи с тиснением золотом на корешке и верхней крышке. 45,7×35,2 см. Как вариант, в издательской коленкоровой папке. 10 тетрадей. Альбом представляет собой коллекцию снимков высочайших особ и лиц, бывших на означенном балу в русских костюмах XVII века".

Время от времени эти фотографии можно увидеть и в наше время на разнообразных выставках. В 2003 году в Эрмитаже в память о 100-летии самого знаменитого бала империи ХХ века прошла выставка, на которой были представлены 34 оригинальные фотографии и 12 исторических костюмов, принадлежавших гостям бала. Конечно, фото говорят сами за себя, но и на словах можно попытаться рассказать, как выглядели готовившиеся неделями, а случалось, и месяцами костюмы.

Николай II сменил мундир на царский костюм времен Алексея Михайловича. Надо заметить, что отчасти он был подлинным, так как было использовано 16 предметов из хранилищ Оружейной палаты. В том числе доромановской эпохи. Например, запястья, усыпанные жемчугами, принадлежали царю Федору Иоанновичу, сыну Ивана Грозного и последнему из Рюриковичей. Жезл, с которым вышел к гостям император, держал в руках его предок, царь Алексей Тишайший. Собственно, костюм сшил для царя театральный костюмер Императорских театров Иван Каффи. Над костюмами остальных гостей работали профессиональные художники, согласуя свои предложения с историками. Для дам шили сарафаны и кокошники, для кавалеров — кафтаны воевод, сокольничих, кравчих, стрельцов... Как вскоре выяснилось, нечто оригинальное предложил остальным генерал от кавалерии барон Феофил Мейендорф. Он заказал костюм воеводы Большого полка в составе войска князя Дмитрия Пожарского. Тканями и прочими материалами обеспечивали лучшие фирмы империи, в большинстве — поставщики двора Его Величества. Из сейфов в княжеских и графских дворцах, а также российских и зарубежных банков были извлечены всевозможные родовые драгоценности. Достаточно привести описание украшений, в которых прибыла на бал великая княгиня Мария Павловна, урожденная Мария Александрина Элизабета Элеонора Мекленбург-Шверинская, супруга великого князя Владимира Александровича. Она несла на себе (иначе не скажешь) гарнитур из изумрудов, включавший огромных размеров кокошник и несколько брошей. На лоб спускалось множество жемчужных капель, щеки были украшены жемчужными нитями. Ворот и бюст платья — каплевидными жемчужинами в бриллиантовом обрамлении и несколькими крупными изумрудами, сапфиром и бриллиантами. На груди — прямоугольная изумрудная брошь в 107,72 карата. Вот так!

Само действо вышло многосоставным. 23 февраля в Эрмитажном театре прошла репетиция, за которой лично наблюдала государыня. И во все возможные щели и отверстия — актеры и музыканты труппы, а вместе с ними свободная от работы челядь.

24 февраля состоялся торжественный вечер. Собравшиеся гости продефилировали мимо государя и государыни с "русским поклоном", после чего отправились в Эрмитажный театр, где присутствовали на концерте, составленном из произведений Мусоргского, Чайковского и Минкуса. Пел Федор Шаляпин. Танцевала Анна Павлова. Далее гостям представилась возможность станцевать "Русскую", в которой блеснула княгиня Зинаида Юсупова, богатейшая женщина империи. После ужинали в трех залах — Испанском, Итальянском и Фламандском — и немного потанцевали — в зале Павильонном. Вероятно, в современном театре это мероприятие назвали бы "прогоном". Собственно премьера прошла спустя два дня, когда к костюмированным гостям" присоединились упомянутые выше 65 офицеров из лейбгвардии Конного, Ее Величества Уланского и Кавалергардского полков. На сей раз обошлось без Шаляпина, зато танцевали по полной программе. Не только "Русскую", хоровод и плясовую, которые были специально подготовлены танцовщиком Императорского Мариинского театра Иосифом-Михаилом Кшесинским, но и традиционные для балов полонез, вальсы, мазурки, кадрили и котильон.

Любопытно, что у участников событий хватило сил и на третий бал в тех же нарядах. Правда, он уже не подходил под определение "Императорский", так как давал его 27 февраля в своем знаменитом Фонтанном доме граф Александр Шереметев. Сценарий повторился точь-в-точь, но гости, очевидно, не скучали. Прессу на эти балы, понятное дело, не пустили. Как не пускали и ранее, и впоследствии. Что совершенно не удивительно. Не для внешнего пиара все делалось. А

для укрепления внутренних связей в элите. Ну, и для собственного удовольствия, разумеется. Посему нюансы бала-1903 остались скрыты для посторонних, участники особо не распространялись. Разве что великий князь Александр Михайлович позволил себе кое-что вспомнить: "Я был дет в платье сокольничего, которое состояло из белого с золотом кафтана, с нашитыми на груди и спине золотыми орлами, розовой шелковой рубашки, голубых шаровар и желтых сафьяновых сапог. Остальные гости следовали прихоти своей фантазии и вкуса, оставаясь, однако, в рамках эпохи XVII века. Государь и Государыня вышли в нарядах Московских Царя и Царицы времен Алексея Михайловича. Аликс выглядела поразительно, но Государь для своего роскошного наряда был недостаточно велик ростом. На балу шло соревнование за первенство между Великой Княгиней Елисаветой Федоровной (Эллой) и княгиней Зинаидой Юсуповой. Сердце мое ныло при виде этих двух "безумных увлечений" моей ранней молодости. Я танцевал все танцы с княгиней Юсуповой до тех пор, пока очередь не дошла до "Русской". Княгиня танцевала этот танец лучше любой заправской балерины..."

В датах с балом у графа Шереметева дядя Сандро вновь напутал, отправив на Фонтанку гостей и, соответственно, себя самого спустя неделю после завершения костюмированного бала в Зимнем дворце. То есть, по его мнению, 11 февраля (по новому стилю). Да и что с того? Зато безошибочно можно утверждать кое-что другое. Великий князь Александр Михайлович Романов скончался в курортном местечке Рокбрюн Кап-Мартен на Лазурном Берегу 26 февраля 1933 года. День в день через тридцать лет после большого Императорского бала.

https://rusmir.media/2017/01/19/ball



Пока нет комментариев. Будь первым.